День 139

В 8 утра невероятным усилием воли заставила себя пойти на тренировку. Просто я сегодня встала уже уставшая, не знаю почему, но так иногда бывает. Совершенно не было сил ни шевелиться, ни что-либо делать. Уж тем более тягать гантели. Но у меня теперь новый трюк — выманиваю себя воспоминаниями о том моменте, когда я выхожу из зала летящей походкой, чувствуя себя чуть-чуть героем. Это такое пьянящее чувство, круче любых лайков, такой гигантский самолайк, и ради него я на многое готова, даже такую утреннюю размазню, какой я была сегодня, отнести в зал. И оно того стоило, суперсамолайк не подвёл и стоил всех потраченных на него усилий.

А потом закрутилась пятница. Сначала забежала в Пушкинский музей, передала К. ещё два клатча (я ведь когда на Моранди ходила, как обычно, по традиции выпила кофе с К., и заодно отдала ей две винтажные сумочки, которые не ношу, а она большая любительница, так что они были просто созданы друг для друга). А потом дома нашла ещё две (чего только не найдёшь в закромах у художника). Так что за эти пару дней К. стала в 4 раза счастливее, чем была, а в моих закромах стала лучше циркулировать энергия Ци.

Дальше я по бульвару поскакала на работку, где у меня были не уроки, но всякие приятные рабочие разговоры и совещания. Потом зашла в дом-музей Марины Цветаевой на выставку «От руки», в которой участвуют мои друзья А. и К.

Так странно получилось — зал под выставку совсем крошечный, и когда я там была, его заполонила съемочная группа какого-то телеканала. Они везде расставили свои треноги под камеры, две девушки-журналистки ходили между объектами и громко разговаривали с двумя операторами, которые стояли у треног, словом, разойтись с ними и нормально всё посмотреть не было никакой возможности, но я всё равно пыталась сосредоточиться на стихах, я ведь специально пришла, чтобы всё постичь. И тут в зал влетает молодой человек, которого и ждала съемочная группа. Я думаю, это был куратор выставки. Он за секунду сканирует помещение, приходит в ужас от того, как всё забарахлено техникой, и первым делом идёт прямиком ко мне и говорит: «Здравствуйте! Вы, пожалуйста, извините, что я так задержался…». Я только-только открыла рот, чтобы сказать ему, что он меня, наверное, перепутал с редактором, и что я просто посетитель. А он продолжает: «…и из-за этого всё так долго неудобно заставлено и вам, наверное, неудобно знакомиться с экспозицией!». И потом, уже обращаясь к съемочной группе, попросил убрать все чехлы от камер и вынести триноги в коридор, «потому что у нас на выставке гости и им должно быть комфортно всё смотреть». Ну что тут скажешь. Впервые в полной мере осознала, что любая выставка — это не какая-то там абстракция «для людей», а работа, проделанная в том числе и ЛИЧНО для меня. Еще один суперсамолайк.

После поэзии планировала заскочить на новую выставку керамики в Розу Азора, но от соприкосновения с неожиданным музейным дружелюбием так оторопела, что совсем про это забыла. Поэтому на автомате почесала в Петровский пассаж, где показывали живопись Кати Медведевой — наивной художницы 80-ти лет, о которой я узнала от своего главного информатора — телеканала «Культура».

А вечером в одном очень секретном месте у меня была назначена очень секретная встреча с моей подопечной Икс. Серьёзный разговор в рамках программы «Привет, это я». Конечно, серьёзно мы говорить не способны, всё-то нам хиханьки да хаханьки. Тем не менее я была абсолютно поражена, как много маленьких изменений успело произойти за этот короткий срок в её жизни, да и в моей тоже. А где маленькие изменения, там жди и больших. И мы очень их ждём!

Конечно, надеяться, что после всего этого я успею заскочить на день рождения к К. на Винзавод, было слишком самонадеянно. Поэтому безудержное веселье, к сожалению, обошло меня стороной, и, отдав последние силы Икс, я поехала домой, чтобы написать этот пост и лечь спать.

19 мая 2017