За моё отсутствие в городе бытовых дел накопилось больше, чем я думала. Решила посвятить им несколько дней, чтобы покончить разом со всей мелочёвкой. Но даже в этой суете успела сделать важное — впервые за сто лет дошла до коррекции бровей! Я, если честно, уже почти год пытаюсь их отрастить, потому что когда-то пала жертвой моды на бровь, «тоненькую, как ниточка, удивлённо приподнятую». Хотя от природы я, конечно, скорее Брежнев, чем Лия Ахиджакова. И вот пришло время привести в порядок всё то, что я так долго отращивала. Вид на фото — промежуточный, хотя если бы оставили так, как там, на вернисажах выставок современного искусства я бы точно сошла за художника-перформансиста (или, на худой конец, мастерицы росписи по батику).

Вечером в гости забегала О., рассказывала о том, как прошла её неделя в деревне (что-то конец июля у всех выдался деревенский, вчера встречались с А., он тоже только вернулся после недельного откисания на берегу речки).

А в остальном новостей немного, постепенно вернулась в ритм, сегодня снова встала в своё обычное время, даже успела немного поработать. После небольшого перерыва на Свияша и Перлмуттера наконец-то вернулась к нормальным книгам, читаю «Исповедь» Августина и с каждой следующей страницей прихожу от неё всё в больший восторг — не зря со времён учёбы в университете у меня сохранился незавершённый гештальт, когда я не успела её прочесть на курсе философии, пообещала себе, что обязательно это сделаю, когда появится время. Кто же знал, что появится оно лишь через 15 лет, но в таких делах лучше поздно, чем никогда, да сейчас и не поздно вовсе, а самое время.
…мне надлежало стучаться и предлагать вопросы, как об этом следует думать, а не дерзко утверждать, будто вот так именно и думают. Забота о том, чтобы ухватиться за что-то достоверное грызла меня тем жёстче, чем больше стыдился я, что меня так долго дурачили и обманывали обещанием достоверного знания, и я болтал с детским воодушевлением и недомыслием, объявляя достоверным столько недостоверного! Только позднее мне выяснилась эта ложь. Достоверным, однако, было для меня то, что всё это недостоверно, а мною раньше принималось за достоверное…
«Исповедь», Аврелий Августин
3 августа 2017